Исраэль Золли. Раввин, обретший Христа

Кажется, что раввины становились учениками Христовыми только в первые века христианства. Жизнь Еудженио Мария (Исраэля) Золли опровергает это мнение.

Исраэль Золлер родился 17 сентября 1881 г. и происходил из еврейской семьи, проживавшей на территории Польши. Его отец был промышленником, а мать принадлежала к древнему раввинистическому роду. Четыреста лет мужчины ее семьи посвящали себя изучению Торы и передаче веры. Исраэль был пятым ребенком в этой благочестивой семье.

Во многом история его обращения связана с тем воспитанием, которое он получил в детстве. С одной стороны, его семья принадлежала к тому кругу еврейского общества, который практически ассимилировался в окружающей европейской среде. В семье говорили по-немецки, да и чувствовали себя во многом немцами. Таких евреев было тогда множество не только на территории Австро-Венгрии или Пруссии, но и в Польше. Дети получали образование в немецких школах, сыновья становились офицерами в армиях различных государств. Как и состоятельные дамы-христианки, еврейские женщины много занимались благотворительностью, создавали общества попечения над бедными и всевозможные фонды. Такой была и мать Исраэля. Нередко она отправлялась в бедные кварталы, чтобы участвовать в раздаче пищи или иной помощи бедным. Большое внимание эта часть еврейской элиты уделяла просвещению. Речь шла не только и не столько о религиозном образовании, но о привитии еврейской бедноте навыков и знаний, необходимых для адаптации в современном мире.

zolli_07

С другой стороны, родители Золли были очень религиозны. Мало того, они принадлежали к хасидизму. Это движение появилось в XVIII веке. Его отличительной чертой является не только крайняя консервативность, но и особый взгляд на отношения с Богом. Хасиды большое значение придают молитве, медитации и эмоциональному постижению Бога. Их молитвенные практики нередко изумляли других евреев. Например, у великого еврейского писателя Шолом-Алейхема мы находим едкое замечание относительно хасидских синагог, что там де пляшут как полоумные и, кружась, падают на пол. И действительно, радостное, исполненное юмора отношение к жизни характерно для хасидской духовности. Исполняемые ими молитвенные мелодии, именуемые нигун, по своему строю больше всего похожи на псалмы Давида, где сначала плач по своей трудной судьбе, а потом поэтичное, полное света благодарение Бога за Его присутствие и все Его дары.

В семье Золлер встретились две, на первый взгляд, несовместимые тенденции, характерные для еврейского общества рубежа XIX и XX веков. И в этом противоречии выросла удивительная личность будущего раввина Рима и францисканского терциария, человека, всю жизнь посвятившего поискам Возлюбленного, Отрока Божия, как Его именует пророк Исайя.

Когда Исраэль был еще совсем малышом, российское правительство издало указ о национализации собственности, принадлежащей иностранцам, проживающих на территории Польши. Отец мальчика потерял свою прядильную фабрику, и семья оказалась в крайне затруднительном материальном положении. Но бедность не заставила их впасть в уныние. Здесь сыграли свою роль два фактора: вера и неукротимое желание всех еврейских родителей дать приличное образование своим детям.

Надо сказать, что для хасидской среды характерно понимание бедности не только близкое христианству в целом, но даже близкое францисканскому ее пониманию. Довольно часто можно было встретить раввинов, сознательно избиравших жизнь в крайней нищете для себя и своих семей ради стяжания близости Бога и более глубокого понимания Его Тайн, сокрытых в Торе. Родители Золлер восприняли свалившиеся на них проблемы с поистине францисканским смирением, наполненным покоем, доверием Богу и радостью, что все живы, и всегда есть за что благодарить Бога.

Исраэль Золлер, по мнению родителей, должен был стать раввином и продолжить семейные традиции. Он закончил еврейскую школу, хедер, где образование было построено не только на зубрежке священных текстов, но и на искусстве общения. С детства его учили размышлять над строками Торы, задавать вопросы и искать ответы. Накануне его бар-мицвы, праздника признания совершеннолетия мальчика еврейской общиной, особого дня, когда ребенок становиться взрослым, а значит обязанным исполнять все заповеди Торы, как все мужчины. За пару часов до того, как тринадцатилетний Исраэль станет «сыном заповеди» (дословный перевод слова «бар-мицва»), мать скажет ему: «Запомни, быть раввином – это не только знать назубок все 613 заповедей Торы, это так же просто, как арифметика. Но нужно быть открытым для действия этих заповедей в Тебе. Быть открытым для Бога».

Надо сказать, что первая встреча с Живым Богом происходит в жизни Исраэля еще в восемь лет. Именно с этого возраста он учится видеть Его присутствие во всем, что встречается ему на пути. Потом через много лет, уже будучи студентом в Италии, он найдет слова, которые наилучшим образом передадут его детский религиозный опыт. Это будет Гимн творению св. Франциска.

zolli_06

В год бар-мицвы в его жизни происходит еще одна встреча, определившая всю его будущую жизнь, и как верующего человека, и как ученого, богослова. В доме своего польского друга, сына вдовы, которого он пришел навестить, он впервые видит распятие. Темная фигура на кресте, пригвожденная к белой стене, производит на него сильнейшее впечатление. Он спрашивает родителей, чье это изображение. И получает невнятный ответ: «Пусть это заботит христиан».

Многие годы образ преследует юношу. Ему кажется, что он зовет его и пытается что-то сказать. Исраэль ищет ответы на вопросы своей веры и вскоре понимает, что встреченный им Распятый никто иной, как Отрок Господень, предсказанный Исайей.

В восемнадцать лет Золлер покидает Польшу и отправляется на учебу в Италию, в Падую, где ему предстоит изучать древние языки и совершенствоваться в богословии. Годы студенчества были самыми интересными и самыми «холодными», по определению самого Золлера. Ему пришлось изменить в Италии все свои привычки, во многом свое мировоззрение, и даже свою фамилию. Теперь его называли на местный манер: Золли. Как многие бедные студенты того времени, он разрывался между репетиторством, дававшим деньги на жилье и пропитание, и лекциями. Надо сказать, что все испытания он выдержал с честью. Довольно быстро его усердие и пытливый ум были замечены профессорами. И в скором времени из нищего студента он стал молодым преподавателем. В нем сочеталось глубокое знание предмета и умение донести до слушателей понятным языком самые сложные аспекты библейской экзегетики. Его лекции становятся настолько популярными, что на них приходят даже студенты католических семинарий. Один из них в своих воспоминаниях запишет: «Мы всегда выходили с его лекций потрясенные, хотелось вчитываться в библейские сроки, размышлять и молиться. И мы молились. Многие из моих друзей и сокурсников молились о том, чтобы этот удивительный человек обрел веру во Христа».

А тем временем сам Золли продолжает искать. Плодом его многолетних трудов становятся две книги. Первая была посвящена пониманию Имени Божьего, Которое открылось Моисею в неопалимой купине. В ней молодой профессор попытался собрать в единый образ то понимание, которые вкладывали еврейские ученые и богословы в священную тетраграмму, скрывающую Имя Того, Кого нельзя называть. Удивительно, но в своем исследовании он не только явил удивительный мир иудейского понимания Бога, иудейской верности Богу, но и очень близко подошел к пониманию Имени Господня, которое мы находим у францисканца св. Бернардина Сиенского.

Вторая книга называлась «Назорей» и была посвящена еврейскому взгляду на Иисуса. В ней автор приходил к парадоксальным для того времени выводам. Во-первых, он обратил внимание, что такое название Иисуса связано не только с Его родным городом, но и с Его изначальной посвященностью Богу. А вторым пунктом работы Золли стало подведение богословской базы под то, что Иисус действительно был Мессией.

Академическая деятельность профессора была тесно связана с изучением Ветхого и Нового Завета. Он стал одним из первых иудейских богословов и мыслителей, пытавшихся заложить основы иудео-христианского диалога. Его работа была прервана Второй Мировой войной. Но война не могла прервать его духовные поиски. Напротив, она открыла ему новые измерения в понимании Христа и Церкви.

Bundesarchiv_Bild_121-2051_Rom_Beisetzung_italienischer_Polizeichef_Bocchini-e1381305041951

Многое в жизни этого раввина схоже с историей Иова. В годы, когда в Риме правили солдаты вермахта, казалось, что Бог отнимает у него все. Золли хорошо знал, что такое вдовство. Свою первую жену он потерял после семи лет счастливого брака. Профессор женится повторно и кажется, что с Эммой удача приходит к нему. Наделенная добрым характером, женщина легко налаживает отношения с дочерью Золли от первого брака. Вскоре в семье рождается и второй ребенок, тоже девочка, Мириам. Профессор получает должность главного раввина сначала в Триестре, а через три года Золли уже главный раввин города Рима. Кажется, все в его жизни складывается как нельзя лучше… Исраэль находится на пике творческих и душевных сил, когда Рим оказывается в фашисткой оккупации. Немцы требуют от «богатых» евреев итальянской столицы принести им 50 килограммов золота. Этим евреи смогут якобы откупиться от депортации. Золли предлагает ничего не давать и просто вывести свои семьи за выделенные для оплаты «долга» часы из Рима. Руководство еврейской общины не согласно со своим раввином. Мало того, они обвиняют его в недостаточном патриотизме, вспоминая его неитальянское происхождение. Естественно, необходимые килограммы не были собраны. И тогда раввин обращается к своим знакомым из католической среды. Здесь стоит вспомнить, что у него не только было много друзей среди христиан, но и многие священнослужители, некоторые из которых слушали его лекции еще в Падуе, а сейчас занимали влиятельные посты, готовы были помочь замечательному профессору. Да и жители Рима с симпатией относились к местным евреям и были готовы им помочь. В итоге, когда главный раввин города Рима пришел за помощью к Папе Пию XII оказалось, что Ватикан не только готов помочь, но уже и собрана необходимая сумма.

К сожалению, золото не помогло евреям. Золли оказался прав. Руководители еврейской общины даже хотели отстранить его от должности за «паникерские» настроения. Впрочем, сделать это они уже не успели. Началась депортация. В общей сложности немцы вывезли 8000 евреев. В этот страшный момент руку помощи снова протянула Католическая Церковь. По указанию Папы для евреев распахнулись двери монастырей и домов многих христиан. Даже в Ватикане прятались еврейские семьи. Так сложилось, что Золли, оставшийся в Вечном Городе и находившийся в розыске по приказу немецкого командования, должен был расстаться с женой и дочерьми. Старшая дочь уже была замужней дамой, матерью прелестного малыша. И все годы оккупации раввин ничего не знал о судьбе своих близких. Где они, выжили ли.

Обращаясь к Богу, Золли все внимательнее вглядывался в строки Ветхого и Нового Заветов. Именно в эти годы, когда приходилось скрываться, когда не было возможности молиться так, как Исраэль привык с детства, Иисус становился все ближе для него. Перед самым началом войны с раввином произошел странный случай. Он, как всегда, работал за столом, под пальцами шуршали страницы книг, и вдруг из самой глубины его души стало звучать Имя Христово. «Иисус, Иисус», — взывал изумленный раввин. Золли многие годы пытался осмыслить произошедшее, и ответ пришел тогда, когда он прятался в семье своих друзей-христиан. В его сердце пришел не просто Мессия, но Тот, Кто был плоть от плоти его народа, такой же иудей, как и сам Исраэль, такой же раввин, учитель мудрости и … Учитель Любви. В голове ученого словно сложился пазл. Почему же он не принял крещение еще во время войны? Скорее всего потому, что он, как и все религиозные евреи, с рождения жил с убеждением, что крещение – это предательство своего народа. Как же он мог оставить свой народ в дни страданий?

© Copyright 2013 CorbisCorporation

Говоря об этих годах в жизни Золли, нужно отметить еще одну деталь в религиозной жизни иудеев, которую нередко сбрасывают со счетов. Раввин, как и любой религиозный еврей, должен молиться несколько раз в день, он должен в определенные дни соблюдать строгий пост. И самое главное, он должен чтить субботу и соблюдать кошрут (предписания, связанные с ритуальной чистотой пищи). Всего этого не было в жизни Золли. Ему регулярно приходилось идти на нарушение заповедей. Нам, современным христианам, даже трудно себе представить, насколько болезненно это переносится иудеем, хранящим верность заповедям Торы в прямом смысле от «чрева матери». Именно поэтому Золли с особой интенсивностью задумывается о Божьем Милосердии, о том, что Новый Завет становится по истине новым по отношению к преданию его отцов. Ветхий Завет предписывает хранить отношения между людьми, говорит о том, как сохранить миропрядок. Весть Евангелия вся пронизана идеей милосердия.

Духовная жизнь Исраэля наполнена одиночеством. За восемь месяцев до входа американских войск в Рим тайно собирается сохранившийся совет еврейской общины. Они отстраняют Золли от уже ставшей номинальной должности главного раввина Рима. Мы не знаем, что чувствовал Исраэль и как он воспринял это решение. Подобно Иову он искал ответы у Бога.

После освобождения Вечного города Золли снова назначают на прежнюю должность. В этот раз Исраэль покидает синагогу уже по собственной воле. После всех страданий войны Иисус уже «истинный Господь его сердца», как пишет сам раввин в автобиографии. Окончательное решение он принимает в Йом Кипур.

В этот день у него нет сил вести службу. Все делают два его помощника. А сам Исраэль чувствует, как мгла окутывает его. Он смотрит на пламя свечи и думает, что оно очень похоже на него, колеблется, но не может рассеять тьму. И вдруг он видит прекрасный луг, по которому к нему идет Христос в белом хитоне. Господь обратился к раввину со словами «Здесь ты последний раз, теперь следуй за мной». Мир и покой снизошли в сердце Золли. Вечером жена поделилась с ним своими впечатлениями от богослужения в синагоге. Она, в свою очередь, видела, что когда раввин стоял перед арон кадеш, местом, где хранятся свитки Торы, местом присутствия Бога, перед ним возникла белая фигура и возложила руки ему на голову, словно благословляя.

zolli_09

Здесь стоит обратить внимание на два момента. Йом Кипур, День искупления или Судный день, когда согласно преданию Господь решает судьбу человека, смотрит на его грехи и правильные поступки. Это один из самых торжественных праздников в иудейском календаре. Подготовку к нему начинают с посещения миквы, особого места для ритуального омовения. Речь идет не просто о чистоте, но и об исповедании своих грехов, совершенных за год перед Богом, и о желании начать свои отношения с Богом с чистого листа, чтобы жить в праведности. Такие омовения в иудаизме известны с давних времен, а христианам о них хорошо известно из Нового Завета. Ведь Иоанн Креститель, призывая к покаянию, использовал именно этот древний обычай омовения. Со времен средневековья со временем подготовки к празднику связан и древний обычай, когда мужчина трижды крутит над головой петуха. Петух должен принять смерть в знак искупления за грехи. Дело в том, что эта птица еще символизирует раннее пробуждение, необходимое для исполнения заповедей. Как известно, первую молитву иудеи читают на рассвете. Принося петуха в жертву искупления, иудеи как бы говорили Богу о том, что раскаиваются в том, что недостаточно тщательно исполняли все заповеди. В наши дни этот обычай практически утрачен, и во многих семьях его заменяют на обычное материальное пожертвование.

В Йом Кипур одевают белые одежды как символ искупления и чистоты перед Богом. Интересно, что в этот день не носят золотые и драгоценные украшения, которые со времен Исхода считаются связанными с идолопоклонством. А еще в этот день благословляют детей. Одним из самых распространенных благословений этого дня является первосвященническое благословение из книги Чисел (6,24-26): «да благословит тебя Господь и сохранит тебя! Да призрит на тебя Господь светлым лицем Своим и помилует тебя! Да обратит Господь лице Свое на тебя и даст тебе мир!».

Из всего вышесказанного легко понять, сколь сильное впечатление на раввина произвело видения. Все в нем соответствовало самому духу иудейской традиции. И принятое Господом покаяние и откровение новой жизни, и благословение, и даже белые одежды.

Здесь мы видим второй аспект этого обращения. Объяснение, почему Золли не засомневался в увиденном, не задумался о своей психической адекватности. Во-первых, дело было в совпадении образов. А во-вторых, мы имеем дело с настоящим мистиком, человеком, выросшем в хасидской традиции. Хасиды с вниманием относятся к эмоциональной стороне восприятия Бога, поэтому когда перед мысленным взором Исраэля проходили видения, это не вызывало его изумления. Он был убежден, что Бог может действовать любым способом, а его дело с благодарностью принимать Его волю.

zolli_05

Не проходит и нескольких дней, как Золли покидает своей пост. Он приходит к знакомому священнику, прося о крещении. 13 февраля 1945 г. Исраэль Золли становится Эудженио Мария Золли. В крещении он выбирает имя Эудженио в знак благодарности Папе Пию XII (Эудженио Пачелли). Имя Марии его просит добавить жена, которая тоже в этот день принимает крещение.

Покинув пост раввина, Золли остается без гроша в кармане. Уходя с должности, он оставляет все, что так или иначе могло принадлежать иудейской общине. Монсеньор Тралья, преподавший Таинство семье бывшего раввина, узнав, что у них даже денег на праздничный ужин, дает им 50 лир…

Эудженио Марии 65 лет. И снова он сталкивается с бедностью, граничащей с нищетой. Пройдет какое-то время, прежде чем его снова пригласят преподавать. Снова перед ним появятся заинтересованные молодые лица, семинаристы и католики-миряне. В первые дни после крещения не сколько бедность заботит бывшего раввина, сколько разрыв с общиной.

Иудеи города Рима пребывают в величайшем смятении. Вся община погружается в пост и молитву. По раввину скорбят, как по покойнику, разорвав одежды и посыпав голову пеплом. Никто не хочет услышать объяснения Золли…

zolli_03

Проходит совсем немного времени, и Золли присоединяется Третьему францисканскому ордену. Свои обеты он приносит 3 октября 1946 г. Нет нужды объяснять, почему человек, большую часть жизни бывший сторонником хасидизма, избирает путь Ассизского Бедняка. Ведь и там, и там радость жизни с Господом, нищета сердца, жаждущего Бога, и благодарность за все Его дары.

Золли умрет в 1956 г., предсказав день и час своей смерти. На его могиле надпись: «Domino morimur, Domini sumus» — «Умираем в Господе, принадлежим Господу».

Анна Гольдина

Впервые опубликовано в блоге францисканцев-мирян С-Петербурга «ТАУ»

Анна Гольдина
Прихожанка храма святой Екатерины Александрийской в Санкт-Петербурге. Искусствовед, психолог, магистр богословия. Постоянный автор ряда православных и католических журналов. Редактор блога «Тау». Замужем. Мать троих детей.